(no subject)
ff
gipatalamus
вот мы встаём.
вот мы уже встаём.
бессчётные, безгрешные, живые.
по слову, словно черви дождевые,
приподнимая сонный чернозём.
и мы встаём.
и расправляем клеть,
где сквозняки заходятся от пляса
и наши кости обрастают мясом.
мы слышать начинаем и смотреть
и видеть, видеть
всё, что для слепцов
незримо было, всё что выше праха
времён и звёзд.
и вот нам на лицо
ложится свет
торжественного страха...

сон Ричарда III. :)
ff
gipatalamus
третий Ричард, воспользовавшись антрактом,
уходит в гримёрку, в кресло садится, кличет
секретаря.
и диктует письмо четвёртому Ричарду.
так он
говорит:
"любезный четвёртый Ричард,
письмо моё по прочтении запечатай
(красный сургуч, вензель королевского дома)
и отправь заказным пятому Ричарду,
приписав чтоб пятый
Ричард,
закончив читать, переслал бы его шестому.
и так далее...
тебе же скажу, что снится
мне которую ночь (и мучает до рассвета)
сон, в котором, в нашу с тобою столицу,
приезжает человек из Житковичей, из такой деревеньки
где это
находится и не спрашивай, любые догадки - мимо.
знаю только, что дождь, там ещё более гнусен
чем у нас.
впрочем, любые житковичи - предместье Иерусалима,
даже если находятся в какой-нибудь Беларуси..."

вы не поверите,
я видел это письмо под стеклом
в Британском музее, в каменном зале, где я
ходил, удивляясь, волнуясь, благоговея....
напевая (чтобы унять волнение): "чирибим-чирибом".

(no subject)
ff
gipatalamus
вот птица пролетела и ага....
(я слышал эту песню в старой фильме)
из неба выходили берега,
белы,перИсты, медленны, субтильны.
такие, знаешь божии снега.
давай ещё скажи: "снега плывут..."
снега плывут без цели и маршрута
ага - ага, а лютый твой - якут.
ну это нет - откуда тут якуту.
а под окном смоковница росла.
а на ветвях в трусах сидела дева.
смоковница..., я думал - это древо
добра и зла, добра и зла, и зла...
а тут её под самый корешок
(я это слышал в старой детской песне).
но то про ёлку...
не споёшь, хоть тресни,
" на праздник, дети, к нам инжир пришёл"
всё наизнанку.
вот плывут снега,
шумит, картавя, листьев мелюзга,
с небес лучи, как ноги балерины
и винной ягоды хохочет запах винный.
звенит волна, как тетива туга,
а времени нет никакого дела
до нас
и вот, я говорю: "ага".
сказал - "ага" и птица пролетела.

(no subject)
ff
gipatalamus
повинен ли?
я сделал всё, что мог.
сначала я сказал: "Израиль, слушай!"
потом сказал: "Господь..."
потом умолк.
умолк и ждал.
закладывало уши
тоскливой болью,
как при взлёте иль
падении.
и вечерело сердце.
я сделал всё, что мог.
я говорил:
"торжественностью тысячи Венеций
блестит слеза.
она блестит везде,
куда ни глянь.
и в ней, в моей слезе,
в стекле, воде, в луче дрожащей сферы
вы живы все.
вы все до одного..,
все те, все те, все эти, для кого
мне недостало
доброты и веры.

(no subject)
ff
gipatalamus
так вытекала.
так она уходила.
уходила - в смысле, рассеивалась, кончалась.
кожа её светлела и утончалась.
будто только что под сводами повенчалась,
и исчезла, и растворилась, как струйка дыма.
фата осталась.

из старых тетрадей
ff
gipatalamus
говорит Игорёк,
медленный страж пустыни,
тамариска смотритель,
дозорный сухого ветра,
сплюнув под ноги себе насвай и тыльной
стороною рукИ вытерев губы:
- где-то,
за пределами ничего,
за кромкой...
(пальцем показывает на юг куда-то)
слышишь, диспетчер со мной говорит по громкой:
"Игорёк, Игорёк... зачем же ты умер брата,
Игорька, с которым в одной утробе..."
- это гром, - говорю, - это в небе, дождём разрытом,
встав на дыбы, став с пустельгою вровень,
чёрная туча хрипит и стучит копытом.
ветер у нас крутой, а бархан пологий.
сядь на песок, жизнь высыпай сквозь пальцы,
счастье твоё в бессоннице и тревоге,
в нескончаемой этой гибели.
содрогайся.

(no subject)
ff
gipatalamus
птица идёт.
широко расставляет лапки,
будто бы стала жертвою групповухи...
Бугенвиллея - имя живущей в зАмке.
залы, своды, подвалы, собаки, слуги.
её облачение, изумрудной парчи, расшито
ализарином, пятнами свежей крови,
взбито в пену ветром прибрежным,
взбито,
как перина ложа любви, любови.
войлок на небе,
растоптанные плюмажи.
в море волна.
конь по степи несётся.
Бугенвиллея пытает: "ты что бодяжишь?"
- "солнце".
солнце, вздувшимся венам несёт погибель -
лопнут похоже.
вот птица,
птица, из первой строки, взлетает.
"эх дубинушка ухнем!", кричу, в смысле - "Господи помоги мне"
помогает.

(no subject)
ff
gipatalamus
когда рубились Карпов и Корчной
я жил на юге западной Сибири.
зимою ветер, паводки весной...
вот всё, что нужно
было знать о мире.
в июне я таскал на перемёт
плотву и судака из Иордана,
иль как его...не важно.
на живот
улёгшись, землянику брал с поляны
в лесу,
где непорочная листва
неспешный ветер на руках качала.
ни что не предвещало воровства.
и слава Богу, что не предвещало.

(no subject)
ff
gipatalamus
...и запах пузырящихся дрожжей.
кислятина густого небосвода.
я клялся под салютом всех дождей
из всех стволов уралвагонзавода,
не умирать.
но не сдержал.
слеза,
коль и была,
переродилась в слякоть.
по памяти ещё потрёшь глаза,
но света нет,
и силы нет заплакать.

(no subject)
ff
gipatalamus
не хватало сирен.
в пять утра, восемь первых лучей -
негатив ПВО, осветили тяжёлое море.
восемь длинных игол.
восемь бледных когтистых смертей.
не хватало сирен, маскировочных чёрных сетей...
в остальном - было всё, как тогда.
я вплывал в остальное.
о, военное время.
рассказы про спички и хлеб.
перегретая пыль
голой бабой бежит по Волыни.
тётя Сима висит на воротах в одном башмаке
да в упавшем чулке...
да прибита доска к тёте Симе.
утром ветер - от берега.
пробует - хватит ли сил
этой щепке вернуться.
ну, пробуй,
проверь меня, сука, на гнилость.
я гребу, прикусивши до стона солёную синь.
бормоча этот стих:
"тётя Сима, как прежде, висит,
тётя Мара горчит...
тётя роза ветров изменилась"

?

Log in

No account? Create an account