Category: авиация

Category was added automatically. Read all entries about "авиация".

ff

(no subject)

так хлопанье пушистыя ресниц
напоминала мне морская пена.
над ней ревела дикая сирена
и небо сквозь себя цедило птиц
испуганных,
их отделяя от
военного разорванного дыма,
и маленькая белая сардина -
летел средь солнца блудный самолёт.
на берегу, не слыша этот гул,
не обращая на него вниманья
полз иероглиф по сырому камню
и паутинку за собой тянул.
ff

в аэропорту:)

прилётов зал,
в котором двери
надеждой радостной полны.
там были русские, евреи,
евреи русские, хохлы.
один из них, такого роста,
что я ему не доставал
до плеч,
у мэнэ папиросу
стрельнул и "дякую" сказал.
и было так смешно и странно,
когда средь говора толпы
я узнавал в пределах Дана
России всплывшие черты.
и став чужим и невесомым
я в воздухе завис, но вдруг
хасиды рабби Шнеерсона
ввалились в зал и встали в круг,
и стали говорить о чём-то,
о чём-то непонятном мне.
под их картавую чечётку
я очутился на земле
вновь,
но ещё я видел где-то...,
примерно где-то полчаса,
осыпанные лунным светом
и страхом
зимние леса...
ff

(no subject)

новый год...
он и первый год, и последний год.
как кому.
вот такие вот
выбирает наш Злой года нам.
жизнь своё берёт.
и ещё не своё берёт.
жизнь она вообще.., не знаю...
а смерть бездарна.
самолёт летит.
по сравнению с небом он -
поцелуй по сравнению
с памятью поцелуя.
поцелуя из тех времён,
из других времён.
поднимаешь голову,
вместо "мать твою",
говоришь "аллилуйя".
так я думал, кочуя по городу наугад.
начинало темнеть.
солнце вовсю кровило.
за спиною моей темнел маслобойный сад.
странноприимный дом, тот, что стоит на Via
Dolorosa,
последних зевак из своих дверей
выпускал.
на дверях - петли старинной ковки...
это там, где влево свернул незадачливый назорей.
там ещё ресторан, против третьей его остановки.
ff

(no subject)

и тогда поёт Гурфинкель
"El Condor Pasa".
и тогда..тогда я взгляд поднимаю в небо,
в зимнюю мякоть.
в седое рыхлое мясо.
надо мною..., вернее немного слева,
летит самолёт.
летит самолёт подобный
звуку струны одинокой.
из облаков незрячий
вырывается солнечный луч,
словно стон любовный:
"мальчик мой.
мой хороший, мой нежный мальчик"
пой еврей,
играй на индейской дудке.
Бог мой, Бог мой.
за что же и мне досталось
слышать это?
иль ты не в своём рассудке?
в зимние дни
на берег моря приходит Амос.
говорит:
"за преступную жизнь твою
не будет тебе пощады..."
дышит в лицо мне каменным и холодным.
"ну и не надо, говорю я ему, не надо.
я пойду свободным".

про аберрации:)

надежда моя была на линоргоралик.
"слушай Израиль", говорил я, "линоргоралик,
единственный твой линор. единственная твоя."
и вот, в весенний ручей опуская кораблик,
неказистый и скособоченный - руки грабли,
я не видел, что нет ни кораблика, ни ручья.
знай, не будет тебе другого линора помимо
этого, этой... беспощадной твоей, ревнивой,
нет, не в смысле..., а в смысле...,
а, впрочем, и в этом, пусть.
всесожжения жертва папиросою задымила,
налилА на три пальца (иль правильнее "налИла"?)
"красную этикетку" в пластиковый.
и в путь.
буквопоклонники, сказители мертвечины,
поднебесные женщины, изгнанные мужчины,
боевые зайцы, стучащие в барабан,
всем привет, хорошо, что на свете есть самолёты -
реактивные гуси-лебеди, чьи высоты
недоступны словам, аберрациям и словам.
ff

(no subject)

+15 с утра.
время крещенских морозов.
шарфик для вида лишь...
розовое повидло
воздух над городом извозило, и воздух розов.
и медленно, словно
обдолбанная ставрида,
в нём плывёт самолёт.
и сердцA мои, все сто десять,
вся гвардейская рота,
начинают затворами клацать,
салютуя этой
тёплой медовой взвеси,
этой пагуби,
наливному, хмельному блядству,
жизни,
с которой
мы не думали о венчании,
но, как юшка, переливаясь из вены в вену,
миловались, дурачились...
одновременно пусть не кончали, но,
глЯдя в небо, кричали: Бог мой -
одновременно.
ff

пиратское

я забыл рассказать:
нет никаких "а там..."
"...а там поглядим,
посмотим, как фишку бросит..."
я улетаю.
оранжевый Раджастан
раскрошился внизу.
месяцев через восемь
мои черты исчезнут,
как одуванный пух.
станут дымкой, туманом,
обрывками летнего сна и
на вопрос обо мне
лучших своих подруг
ты улыбнёшься-
"...и правда, что-то припоминаю"
я был не то что б "не тем",
но, видимо, "ни к чему".
хочешь, последним
с тобой поделюсь секретом
слушай,хорошая:
я никогда не умру!!!
мои самолёты всё время летят к рассвету
розовому ,
как кошачее ухо и
такому тёплому,
что хочешь его губами...
земля подо мной разметала поля свои...

женщины долго в окна глядят вечерами.
мужчины, дань отдавая своим годам,
как на войну,собираются на рыбалку...
моя любовь - моё бесконечное солнце
греет меня.
я шляюсь по городам.
звонко пинаю пустые консервные банки
да свищу под нос
дурацкую песенку
Билли-Бонса...