Category: здоровье

Category was added automatically. Read all entries about "здоровье".

ff

(no subject)

я просто написал: "зелёный цвет".
и по губам метнулась горечь мяты,
и дерево возникшее в ответ
на эту запись, веткою крылатой
стряхнуло дождевое вещество
на плечи мне.
и так я оказался
в листве, и так
я исходил листвой,
верней не исходил, но оперялся.
в живительном лесу,
дыша водой,
я наблюдал, как "цвет зелёный" мой
слышней становится,
как тишиной прикрывшись
дождь каплет,
как читают дерева
написанные только что слова,
очками хищных сов вооружившись.
ff

(no subject)

Витторио Армандо видит свет.
здесь выдумано всё, помимо света.
и зрение, в котором зренья нет,
и буквы имени,
а стало быть и это
название себя...
хоть как-нибудь
овеществить кусок больного слуха.
он слышит свет, он пробует вдохнуть
его
и так
протягивает руку
к теплу.
скользит и падает, и вновь
встаёт и грязь пунцовую счищает
с колен
и говорит себе : "любовь".
Витторио Армандо вспоминает.
и всё болит, о, как же всё болит,
как всё живёт и просится наружу.
тотемный крот в слепой земле сидит,
тотемный ворон над плечами кружит
и оба говорят ему: "держись".
и каждый повторяет: "я с тобою".
и он идёт, и слышит свет и море,
и слово именующее жизнь.
ff

(no subject)

ночная птица вторила словам,
которыми я память добывал,
свободу быть всем тем, что есть на свете.
свободу находиться вопреки.
сопя бежали звёзды вдоль строки,
и сплёвывали злые огоньки.
они вели здоровый образ смерти.
похожее на женщину в чепце
темнело облако
и на её лице...,
нет, из её лица, дрожа всплывало
великое отчаянье любви.
она звала: "иди ко мне, иди".
верней, коль это облако, то - звало...
ff

(no subject)

когда была бы память - мог бы спеть
её
и воскресить, признавшись в смерти...
я просто длился, так, как длится степь,
как ночь в степи, как ночью длится ветер.
иль это юг?
и здесь трава волной
становится и, след не сохраняя,
вздувается, беременная мной
и той медузой, что плывёт, не зная
куда,
камлая...
так мы с ней вдвоём,
мы с ней плывём в густом солёном поле.
мы длимся с ней, мы ничего не помним
и ничего, бессмертные, не ждём.
ff

(no subject)

если б судьба,
было бы полбеды...
мог бы раздать.
по треугольнику, словно пиццу.
вот в чём рока отличие от судьбы -
не поделиться.
тут уж один на один.
тут уж, как ни крути...
забираешь его в себя,
словно ты - трясина.
кто осмелится встать на моём пути?
но спасибо.
больничную простынь, испачканную тоской,
поправлю.
из дому выйду.
босой побегу на реку.
там бессмертник цветёт у берега, зверобой
обнимает сурепку.
ff

(no subject)

тогда меня знакомый старожил
устроил сторожем.
и вот, я сторожил
пределы городского стадиона.
с пяти до двух.
двойной тариф за ночь.
мы вместе сторожили, я и дочь,
как помню, Тейи и Гипериона.
средь чёрных дюн,
в чужих моих песках,
куда братишки Шимон и Ицхак
свозили на работу тихих женщин.
я открывал ворота им, но сам
старался экономить.
к двум часам
ко мне на смену приходил мой сменщик.
скуластый, кислый, словно витамин.
по паспорту он был Вениамин,
а по глазам...(ах, хлипкость манной каши!)
скорее чудь.
он приносил с собой
пол-литра белой..., бело-голубой,
и маленькую женщину Наташу.
он пил задумчиво, и по его челу,
как капля дождевая по стволу
сосны,
текла
славянская кручина,
всё это среднерусское фуфло.
и время, не задумываясь, шло.
и Натали старательно строчила.
над нами было облако, оно
так медленно, так медленно плыло,
так предвещало зимнюю погоду.
так мокли возле моря города.
так выходила первая звезда,
как доходяга узник на свободу.
ff

(no subject)

больные сумерки.
не то что бы мигрень..,
а как-то всё не дышится и тянет.
в окне соседка с длинными грудями,
с халатом, с бигудями набекрень
пьёт кофе-чай.
за ней, похож на тень
иль силуэт,
такой же нелюбимый,
груш переевший, курит и молчит.
и огонёк в губах его горчит,
как ягода подмёрзшая рябины.
он более ничем не удивлён.
"не ссы, сосед, нам имя - легион.
ещё чуток, какой-нибудь Аврелий
на пир богов нас поведёт с тобой.
и каждый будет воин и герой,
и каждому достанется по вере
и по любви.
качаясь на весах,
раздетые, в сатиновых трусах,
а может вовсе...(суть ли?),
за спиною
оставим ужас наш -
все адреса,
где холодны
ночные небеса,
где чёрные осенние леса
осенней же припудрены луною".
ff

(no subject)

так облака по небу тянет,
как пёс калечный
больную лапу.
так путями
ходил и млечным
был каждый путь,
и каждый словно
был взят и поднят
от Евуса до Рыб и Овна
и был Господним.
так я ходил
тудой - сюдою
в пальто из драпа.
рукой ревнивою худою
держась за брата
и говорил :
-как жить без слуха?
без слова?
то-то ж....-
никак.
а я тебе, братуха,
прости, не сторож....
ff

(no subject)

и пока я учил иероглифы,
и пока
я не помнил о будущем - что это?
и легки
были ночи и дни,
где-то там, в заводских ДК,
в ноябрях,
молодые писали мои стихи.
всё по-честному, дяденька,
ты выбираешь долг,
а они - амфибрахий
и прочий силлабо-тон.
а альбом фотографий -
худощавый, больной вещдок,
чёрно-белый свидетель
того, что и я знаком
был с ноябрём.
и кому, и о чём пенять?
ветер бродит по Аскалону,
чудны дела...
и ржавеет земля,
в какую отец и мать
сколько лет уже,
как зарыли свои тела.
ff

про эхо:)

я думал, что это голос мой был, но это
было иллюзией голоса.
эхо, эхо...,
эхо невнятной надежды на голос,
мне
показавшейся средь
нависших над скорбным морем,
над немою солью, горных руин.
и вторя
солнцу,
сухая тень карабкалась по стене.
здесь только эхо.
что ж говорить о "где-то"?
к югу иль к северу
от каменных гор и ветра.
смех, да и только,
потеха среди потех.
даром, что женщина
за пределами этих строчек
так задорно, так мило, так больно и зло хохочет.
впрочем, понятно.
благословляю смех.