Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

ff

(no subject)

я просто написал: "зелёный цвет".
и по губам метнулась горечь мяты,
и дерево возникшее в ответ
на эту запись, веткою крылатой
стряхнуло дождевое вещество
на плечи мне.
и так я оказался
в листве, и так
я исходил листвой,
верней не исходил, но оперялся.
в живительном лесу,
дыша водой,
я наблюдал, как "цвет зелёный" мой
слышней становится,
как тишиной прикрывшись
дождь каплет,
как читают дерева
написанные только что слова,
очками хищных сов вооружившись.
ff

(no subject)

когда была бы память - мог бы спеть
её
и воскресить, признавшись в смерти...
я просто длился, так, как длится степь,
как ночь в степи, как ночью длится ветер.
иль это юг?
и здесь трава волной
становится и, след не сохраняя,
вздувается, беременная мной
и той медузой, что плывёт, не зная
куда,
камлая...
так мы с ней вдвоём,
мы с ней плывём в густом солёном поле.
мы длимся с ней, мы ничего не помним
и ничего, бессмертные, не ждём.
m4

(no subject)

Фариа пробивает в стене проход
к радости и свободе...
десятый год.
по крупице, по камешку, по словцу.
по чуть-чуть, по пригоршне, ежедневно.
работа идёт к концу, по его лицу,
улыбающемуся, когда
он сдувает с камней пыльцу,
можно понять, что он уже слышит небо.
в результате выход оказывается не там...
все крупицы, осколки, слова превращаются в хлам.
Фарио пролезает обратно в клетку, садится нА пол.
говорит: "апельсин"
появляется апельсин.
говорит: "мой Бог",
появляется Бог, говорит: - не ссым!
и сокамерник-паучок
гладит Фариа по ладони мохнатой лапой.
и тогда он встаёт,
и подходит к другой стене.
начинает скрести её и бормочет: " не...
не возьмёшь меня,
все старанья твои напрасны."
а кому говорит - не ясно.
он крошит зло
чёрный кирпич,
добавляя:
"как же мне повезло,
как же жизнь моя бесконечна и как прекрасна..."
m4

искусство каллиграфии:)

вот сон в котором я не мог уснуть.
ворочался, смотрел на вентилятор
и штору поправлял и тихим матом
настырный причащал, молочный путь.
весь бледный отсвет всех зелёных лун,
все звёзды, весь зверинец зодиака,
ввалившийся в окно и как собака
ленивая, лежащий на полу.
мне снился сон в котором я не сплю.
мне жарко в нём. я жду твоей ладони.
я жду, пусть еле слышного- "люблю".
как мальчик в гольфах, на пустом перроне,
потерянный, ждёт, что его найдут:
- ну где ты был....а дальше всё нестрашно-
пирог со свечкой, небо, змей бумажный,
все хлопают в ладоши и поют.
так снился сон, что не приходит сон,
что я пространство Собственных Имён,
которое внутри меня, покинув,
стал вечным наблюдателем пустыни,
стоящим у гостиничных окон.
+ 49. белые тюрбаны,
оранжевые ткани по плечам
пергаментных старух
и караваны...
слоновий бивень, опиумный чай...
клочками поседевшая трава,
как обелиски, редкие деревья.
песок... архитектура мавзолея.
искусство каллиграфии.
слова.
ff

не бойся данайцев...

я всех обманул.
я просто запомнил буквы.
вернее звуки.
если подставить свету
белый, тетрадный лист,
то совсем не трудно
различить на нём
их пугливые силуэты,
зыбь.
такие дела.
куда уж проще...
ты пожалуй не помнишь,
я как-то писал об этом:
не бойся данайцев,
поверь, их смешная лошадь
давно опустела,
рассыпалась, обернулась эхом
и ветер колышет рвань паутиных мантий.

скоро исполнится месяц, как я в пустыне
жгу по ночам костры.
мой стрелок, сержант Чакрапанти
(не смейся-это его настоящее имя)
поёт о любви.
о чём ещё вечерами
можно петь, когда тишина и тебе немного
за двадцать три.
он поёт,
он не глядит на пламя,
он щербатым ножом
из картошки строгает бога.