Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

ff

(no subject)

говоришь: "не видно ни зги...".
что такое "зга", кроме того, что её не видно?
быть может такое
состояние памяти?
вот, стеклянные жемчуга
над холмами Фекои рассыпаны.
по холмам Фекои
бродишь, камни ощупывая ногой.
и наблюдающий за тобой - смеётся.
и если кто зарифмует "ногой" - "нагой",
не ошибётся.
значит бродишь раздет.
и в пах задувает страх
ветер Солёного моря...
дует, качает "пестик",
как шутили в школе,
и баюкает на Весах,
на Орионе, на Льве, на Лебеде
колыбельную песню.
"спите, девочки.
ваши груди растут во сне,
набухают тёплым,
набухают густым и вечным
молоком
и оно
течёт в темноту, к луне...
за луну, становясь путём,
ну понятно - Mлечным."
ff

(no subject)

из нового у нас -
"и отделил
от света тьму".
и мы с тобой бродили
среди остановившихся чернил
домов, людей, камней, автомобилей.
входили в дверь с табличкою "спустя
сто тысяч лет."
и слово вспоминали.
дождь сыпался,
рождалося дитя,
и называлось Каином,
и нами
записывалось в школьную тетрадь.
и если бы не мужество писать
хоть что-нибудь вдали от "Мандельштама",
она была б пуста и безымянна,
как первых вод безжизненная гладь.
и стало так:
мы говорили вслух.
и новой жизнью заполняли время.
был свет, и мы отбрасывали тени,
как тополя отбрасывают пух.
ff

(no subject)

...вот школьная "Медведица Большая",
морская пена, пение ундины,
и вот заходишь в море уменьшая
себя, и волны неисповедимы,
и говоришь:" как всё это красиво,
свободно и избавлено от пыли".
и говоришь:"языческая сила!".
вода темна.
медузы голубые
пасутся в ней, жуют солёный силос...
запомнить всё, зарисовать, измерить,
предстать, сказать - "не ссы, всё получилось,
зарифмовалось, можешь мне не верить,
но это так".
а утром снова будет -
"да будет утро".
будут колотиться
о берег волны злые,
будут люди
по берегу расхаживать, как птицы.
ff

ахинея:)))

...так открываю школьную тетрадь
и трепетно, как женщины касаясь,
пытаюсь отгадать и записать
потоки воздуха, шум моря,
так пытаюсь
отметить неисповедимость дня,
второе дно присутствия и смысла.
смотрю в окно, где птах порхает быстрый,
где кружит ветер, листьями звеня
акации...
и происходит вот что:
всё то, что было каменно и прочно
приобретает новые черты,
природу новую, прозрачную свободу.
и птах возводит крылья к небосводу,
и к Богу обращается на "ты".
m4

нарратив, так нарратив - 2

...работницы, кроящие трусы
и мальчики пускающие слюни
на выкройку,
трамвайный пот в июне,
в шелковице сверление осы.
был грех - я собирал металлолом
и жирные "бычки" на остановках,
и в зеркальце, пристроенное ловко
в шнуровке кед, поглядывал, потом...
потом (не помню как) найдя листок -
" не услыхать в меха обутой тени...",
сходил с ума от этой дребедени,
сходил, сходил, и слава Богу смог
сойти.
...обувка...тень...не услыхать...
клочoк бумаги, антресолей житель,
родимых пятен пятновыводитель,
пустая, в клетку, школьная тетрадь.
m4

(no subject)

ах грехов моих бадья
переполнилась немного.
не суди меня судья
слишком строго, слишком строго.
я стишочек напишу
в школьной в клеточку тетради,
я прощенья попрошу -
"мол простите Бога ради".
я насыплю корм коту,
о делах хороших вспомню,
пол на кухне подмету,
долг супружеский исполню,
оботру вспотевший лоб,
сяду с компом на диване
и прикрикнув: " мать их въёб!!!"
всех забаненых разбаню!
ff

Сутин

...но именно тогда швейцарский клерк
увидев лица эти догадался
о времени, о кривизне пространства,
о том, что низ - не низ и верх - не верх
пусть не везде,
но вероятно лишь
в Смиловичах, Яновичах и прочих..,
где вечный дождь не покидает крыш,
и крутит их, и сносит их, и топчет.
слюнявым поцелуем липнет грязь,
к домишкам перекошенным и мятым,
с упавшим небом намертво сплетясь
она танцует безотрадный вальс,
она ведёт.
патологоанатом
не смог бы это лучше описать.
и если вышло слёзы проливать
над вымыслом,
и если небеса
запаяны в кристаллы горьких капель,
то вымыслом становишься ты сам.
вот этот древний мальчик в жёлтой шляпе,
хранящий арамейские слова,
вот по пути из школы эти дети,
и этот синий, красный, жёлтый ветер,
и женщина раздетая у рва.
он там присутствует, скрывается, он только
до времени свой чёрный зев прикрыл.
кисть режет холст,
выкручивает мир,
как половую тряпку поломойка
и жирною струёй течёт вода
багряного, растерзанного цвета.
сороковые.
век двадцатый.
лето.
здесь стоит уточнить -
от рождества.
ff

(no subject)

Винсент Су Янг был стар и молчалив.
Том Ли часами мог гудеть мотив
прилипшей к уху песни , а залив
был чёрен.
Томас Ли, Су Янг и Шимон
на берегу не отпускают взгляд
от тёмных вод, в которых дребезжат,
дрожат, как ртуть, огни Большой Шиншиллы.
за нашими плечами россыпь искр.
шутейные высотки поднялись
над кабаками, где большая жизнь
курочит крабов, вытирая руки
о фартуки
и пивом закусив
свистит всё тот же (вспомним Ли) мотив.
по набережной, ляжки заголив,
шуруют разукрашенные шлюхи.
кто эти люди, Шимон, Ли, Су Янг?
откуда вы? откуда этот я?
откуда эта речь и эти жесты?
и вот мне вспоминается "вчера"...-
октябрь, пол девятого утра,
сырое солнце в глубине двора,
молочник на углу Преображенской
и Троицкой.
у кованых ворот
калечный Изя Школьник -
мокрый рот
всегда открыт, по уголку течёт
слюна,
он вяжет
медные колечки
для траурных венков и пьёт вино
дешёвое.
не бормотуху, но
по рубль двадцать - самое оно....,
пиджак, медаль - " За оборону Керчи".
Су Янг молчит.
он молчалив и стар.
он рвёт пол ста, чтоб с чистого листа,
чтоб вновь земля "безвидна и пуста"
и одинока,
чтобы ветер божий
один летал над чёрною водой.
(глазами, носом, нижнею губой
на рядового Школьника похожий.)
ff

упражнение:)

потом хозяйка лавки книжной
мне говорит:
- ещё неделя,
от силы две и мы задвинем
щеколду на дверях.
не выжить
(аренда..не хватает денег...)
с печатным словом в паутине
всемирной.
кто не впал , тот выпал.
слова записанные в рифму
я слышал.
голосом прохладным,
ведя урок литературы,
читала девочка для папы.
и я отвлёкся и подумал,
что женщины не умирают,
уходят к более крылатым.
к приснившимся,
к себя приснившим
к сменившим январи на маи
к случайно нас опередившим.
...что женщины не умирают....
потом мелькнуло слово- "поздно"
случился дождь.
у светофора
стоял еврей религиозный
с "дави их" головным убором,
покрытым полиэтиленом,
крича на мокрый "красный":- ну же!
и нервно дёргая коленом.

и лужи, лужи, лужи, лужи....
ff

Чеслав Милош. Череп (2)

Przed Marią Magdaleną bieleje w półmroku
Czaszka, świeca dogasa. Który z jej kochanków
Jest tą wyschniętą kością, nie próbuje zgadnąć.
Zostaje tak, rozmyśla wiek jeden i drugi.
Piasek usnął w klepsydrze, ponieważ widziała
I czuła na ramieniu dotyk Jego ręki,
Wtedy kiedy o świcie krzyknęła: „Rabboni!”
A ja zbieram sny czaszki, bo to ja nią jestem,
Gwałtowny, rozkochany, cierpiący w ogrodach
Pod ciemnym oknem, niepewny, czy dla mnie
I dla nikogo więcej sekret jej rozkoszy.
Upojenia, przysięgi. Mało ich pamięta.
I tylko tamta chwila trwa, nie odwołana,
Kiedy prawie że była już po tamtej stronie.


*****


из глазниц
черепа своего, в Магдале,
в доме женщины,
отказавшейся от попытки
вспомнить, кто из её возлюбленных – эта сухая кость,
заменившей тревогу бесполезных своих гаданий,
на шёпот обращённой к окну улыбки,
сквозь дрожащее пламя свечи
наблюдаю горсть
песка, застывшего, в мутной стеклянной колбе,
застрявшего, разделившего нас когдА мы
гуляли у озера.
она говорит - Учитель...
так замирает всё, на что обращается взгляд Господний.
я остался влюблённым, идущим ночными садами,
тем, кто знает её секрет,
кто догадывается о причине
улыбки её.
но она не помнит
клятв своих, слов своих, своего поцелуя.
но только тот миг,
когда из одной половины колбы
песок был готов упасть в половину колбы другую.